Понедельник Двадцать седьмой недели рядового времени

Мы часто измеряем свою жизнь правилами, картами и чертежами. Нам нужно знать, куда повернуть, где остановиться и как рассчитать каждый следующий шаг, чтобы не сбиться с пути. Наш дорогой Бенджамин, с его удивительным, светлым умом, любил эту ясность. Он умел видеть порядок там, где другие видели хаос, будь то сложные логические задачи или те облачные пространства интернета, в которых он ориентировался с легкостью взрослого человека. Для него жизнь была похожа на полет огромного лайнера, у которого есть точный план, выверенный курс и четкое расписание. Он улыбался, когда думал о своем «Con Chim Airlines», потому что в его детских и вместе с тем зрелых мечтах небо всегда было пространством порядка, чистоты и красоты.

Но иногда этот привычный чертеж вдруг обрывается посреди предложения. Спустя три месяца после того, как Бен перешел в вечность, вы, Алан и Тхао, знаете эту тишину лучше, чем кто-либо другой. Вы сидите в тишине комнаты, где еще недавно звучал его голос, где осталась его улыбка, и задаете тот самый вопрос, который застревает в горле: как жить дальше, когда карта больше не совпадает с реальностью?

Именно в эту тишину звучат слова апостола Павла из первого чтения к Галатам. Павел говорит с невероятной страстью, почти с болью: «Удивляюсь, что вы так скоро от призвавшего вас благодатью Христовою переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное». Павел предупреждает обманщиков, которые хотят увести людей в сторону, подменить живую истину удобными выдумками. Он напоминает им о самом начале: Евангелие, которое они приняли, не рождено в человеческих головах. Оно пришло не из земных расчетов, а из откровения Самого Христа.

Когда в нашу жизнь приходит тяжелая утрата, нам тоже подсовывают «другое благовествование» — голос лукавого мира, который шепчет, будто всё на свете случайно, будто любовь бессильна перед лицом смерти, будто свет можно погасить навсегда. Павел призывает нас держаться за самое главное: за то, что получено от Христа, за ту любовь, которая не умирает с последним вздохом. Ваша любовь к Бену, Алан и Тхао, не была ошибкой или временным явлением. Она была отражением Божественной любви, и она принадлежит вечности.

Послушайте теперь Евангелие. Законник подходит к Иисусу и задает вопрос, который знаком каждому из нас: «Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?». Иисус возвращает его к самому простому и глубокому закону: возлюби Бога всем сердцем, всей душой, всей крепостью и всем разумом, и ближнего своего, как самого себя. Но законник, желая оправдать себя, задает следующий вопрос, ставший классическим для человеческого сердца: «А кто мой ближний?».

И тогда Иисус рассказывает историю, которую мы слышали тысячи раз, но которая каждый раз режет по живому. Человек идет из Иерусалима в Иерихон. Дорога крутая, опасная, каменистая. На него нападают разбойники. Они забирают всё, бьют его и бросают на обочине полумертвым. Мимо идет священник — человек религиозный, знающий Писание, тот, кто должен понимать нужды других. Он видит израненного человека, но отворачивается и проходит по другой стороне. За ним идет левит — служитель храма. Он тоже подходит, смотрит и… тоже проходит мимо. Почему? Возможно, они спешили на службу. Возможно, боялись осквернить себя ритуальной нечистотой. Возможно, просто не хотели усложнять себе жизнь чужой болью.

И вот появляется третий. Самарянин — человек чужой, тот, с кем истинные иудеи даже не разговаривали, презренный и отверженный. Но Евангелие говорит: когда он увидел его, он был сжален. Не просто посмотрел — его сердце содрогнулось от чужой боли. Он не спрашивает: «Кто ты? Какая твоя вера? Сам ли ты виноват, что пошел по этой дороге?». Он подходит, опускается на колени прямо в пыль дорог. Он достает масло и вино, омывает раны, перевязывает их своими руками, сажает человека на свое животное, приводит в гостиницу и платит за него столько, сколько нужно, обещая вернуться и доплатить, если потребуется.

Иисус смотрит на законника и спрашивает: «Кто из этих троих был ближним тому, попавшемуся разбойникам?». И тот отвечает шепотом, потому что от этого ответа некуда деться: «Оказавший ему милость». Иисус говорит: «Иди, и ты поступай так же».

Разве не так поступал наш Бен? Вспомните его чистую, открытую душу. Он был мальчиком, который умел чувствовать чужую боль задолго до того, как научился говорить о ней взрослыми словами. Вспомните тот трогательный момент, когда он, совсем еще подросток, узнав о тяжелой болезни своего дяди Уильяма, подошел к вам и сказал, что готов отдать всё содержимое своей копилки, чтобы помочь ему. Он не разбивал эту копилку, не устраивал громких сцен, не искал похвалы. Он просто предложил всё, что у него было — от чистого, незащищенного сердца, которое не знало жадности. Он был готов отдать последнее, потому что любовь для него была естественным дыханием.

И когда Господь призвал его к Себе в июне этого года, Бен отдал в руки Отца всю свою юность, свои мечты о полетах, свой светлый ум и свою нежную любовь. Его жизнь не была оборванной песней. Она стала тем самым драгоценным даром, который самарянин оставил у хозяина гостиницы: знаком милосердия, оставленным посреди раненого мира.

Я знаю, дорогие мои, что в тишине ночи к вам, Алан и Тхао, иногда приходит тяжелый камень самообвинения. Вы думаете о тех днях борьбы, и в голове звучит этот изнуряющий вопрос: «Что мы упустили? Можно ли было спасти, повернуть назад, сделать иначе?». Послушайте меня очень внимательно. Вспомните слова Иисуса о человеке, рожденном слепым: «Не согрешил ни он, ни родители его». Болезнь и смерть — это не наказание за ошибки, не следствие чьей-то невнимательности. Вы были для Бена всем миром, его защитой, его безопасной гаванью, его самыми преданными друзьями. Вы любили его с такой силой, с какой только могут любить мама и папа. Вы сделали всё, что было в силах человеческих. Снимите этот камень с ваших израненных сердец. Бог не обвиняет вас, и вы не должны обвинять себя. Некоторые испытания приходят извне, превышая любые возможности человека, и никакая бдительность не могла их предотвратить. Вы невиновны. Ваша любовь была чистым светом для Бена, и этот свет никогда не погаснет.

Райан, мой дорогой мальчик, я знаю, как сильно ты скучаешь по брату. Ты помнишь все те моменты, когда вы были вместе — поездки, улыбки, простые вечера дома. Ты не одинок. Твой брат не исчез в темноте. Он смотрит на тебя с небес, он твой ангел и твой защитник. Когда ты учишься, когда ты идешь вперед, когда ты помогаешь кому-то или просто улыбаешься в трудный день, ты продолжаешь его историю. Живи смело, живи радостно, потому что Бен хочет видеть тебя счастливым.

Апостол Павел напоминает нам, что настоящее Евангелие — это не человеческая выдумка, а Божье откровение любви. И эта любовь продолжает действовать. Она действует везде, где кто-то протягивает руку помощи упавшему на дороге жизни, где чистая вода утоляет жажду страждущих, где ребенок находит утешение. Любовь Бена не умерла — она течет дальше, как река, орошая сухую землю.

Пусть сегодня, в этот понедельник, каждый из нас услышит слова Христа: «Иди, и ты поступай так же». Не бойтесь своей боли, не прячьтесь от нее. Принесите ее к Иисусу, Который Сам прошел дорогой страданий, но победил смерть. Пусть милосердие Божие укутает ваши сердца, Алан, Тхао, Райан, и всех вас, кто слушает нас издалека и несет свой тяжелый крест. Знайте: вы окружены любовью Бога, Который вечно помнит Свой завет. Аминь.