Четверг тридцатой рядовой недели

Мы так привыкли искать опору в том, что можно потрогать руками, в том, что поддается нашему расчету и нашей защите. Когда мы смотрим на мир, мы часто выстраиваем вокруг себя стены, надеясь отгородить тех, кого любим, от бурь, которые свирепствуют за окном. Вспомните, как наш дорогой Бенджамин смотрел на мир. Его острый, светлый ум с легкостью постигал сложные системы, логику облачных инфраструктур, точные расчеты, где каждый винтик, каждая строка кода имеют свое строгое место и назначение. Он умел видеть порядок и стремился к нему с той чистой детской увлеченностью, которая делала его настоящим созидателем. Ему нравилось самолеты, небо, само движение воздуха и крыла, и он с улыбкой мечтал о своей авиакомпании «ConChim» — о полете, который держится на точных законах и на надежной высоте. Для Бена жизнь была пространством, открытым для познания, где всё должно быть устроено гармонично и безопасно.

Но апостол Павел сегодня говорит нам о совсем другой борьбе и о совсем другой защите. В Послании к Ефесянам он звучит неожиданно сурово и трезво: «Наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных». Павел призывает нас облечься во всеоружие Божие: подпоясать чресла истиною, примерить брони праведности, обуть ноги в готовность благовествовать мир. И прежде всего — взять щит веры, которым можно угасить все раскаленные стрелы лукавого. Павел знает, что человеческая жизнь хрупка, что мы окружены силами, неподвластными нашему контролю, и что никакие земные стены не могут полностью защитить нас от скорби.

И вот в этот момент Евангелие от Луки приводит нас к совершенно иной сцене, где Иисус сталкивается с угрозой земной власти. Когда фарисеи приходят к Нему и говорят: «Уходи отсюда, потому что Ирод хочет убить тебя», Иисус отвечает этому хищному правителю с поразительным спокойствием: «Пойдите, скажите этой лисице: се, изгоняю бесов и совершаю исцеления сегодня и завтра, и в третий день кончу... Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!».

Вслушайтесь в этот образ птицы, собирающей птенцов под свои крылья. Не железная броня, не грозное оружие, о котором пишет Павел, а крылья материнской любви — вот истинное убежище, которое предлагает нам Бог. Иисус не прячется от страха, Он идет навстречу Своему пути, зная, что пророк не может погибнуть вне Иерусалима. Он плачет над городом, который не захотел принять Его защиту. Он хочет только одного: собрать нас, укрыть нас, прижать к Своему сердцу под сенью Своей неизреченной нежности.

Алан, Тхао, я знаю, как тяжело звучат эти слова сегодня, спустя четыре месяца после того, как Бен ушел в объятия Отца. Вы смотрите на его комнату, на его проекты, на всю ту нежность и радость, которую он принес в вашу жизнь, и ваше сердце сжимается от боли. Вы помните его светлую улыбку, его ум, его удивительную способность сопереживать. Вы помните тот момент, когда этот пятнадцатилетний мальчик, чистый и доверчивый, однажды сказал вам, что готов отдать всё, что у него есть в копилке, чтобы помочь своему дяде, страдавшему от болезни. Он не разбивал эту копилку, это было просто чистое движение его сердца, желание отдать себя ради другого. И этот дар любви навсегда остался в вечности.

Я знаю, что в тишине ночи к вам иногда приходит этот тяжелый, изнуряющий вопрос: «Неужели мы могли что-то сделать иначе? Неужели мы где-то недосмотрели?». Я умоляю вас сегодня, именем Господа: снимите этот камень с ваших сердец. Болезнь, унесшая Бена, не была следствием вашей ошибки или невнимательности. Есть в этой жизни бури, которые приходят за пределами всякого человеческого контроля, вне зависимости от нашей бдительности и любви. Вы были для Бена всем — его безопасной гаванью, его миром, его самыми преданными родителями. Вы любили его до конца, чистой и самоотверженной любовью. Бог не обвиняет вас, и вы не должны обвинять себя. Вы ни в чем не виноваты. Отпустите это бремя и позвольте Божьей любви омыть ваши израненные души.

Райан, мой дорогой мальчик, я знаю, как сильно тебе не хватает твоего брата. Вы разделяли столько дорог, столько открытий, столько мальчишеских мечтаний. Когда тебе кажется, что в доме слишком тихо, помни: братская любовь не умирает. Бен оставил тебе в наследство свое открытое сердце и свою светлую улыбку. Живи, учись, мечтай, будь добрым. В каждом твоем шаге, в каждой твоей радости продолжает жить свет твоего брата. Ты не один, ты окутан той же великой любовью, которая хранит и его.

Алан и Тхао, посмотрите на то, как доброта Бена продолжает приносить плоды в мире. Этот чистый колодец в далеком Вьетнаме, утоляющий жажду нуждающихся, и каждое тихое проявление милосердия, совершаемое в его память, — это живое доказательство того, что любовь не умирает. Она течет дальше, превращаясь в источник жизни для тех, кто даже не знал его имени.

…Иисус говорит: «Сколько раз хотел я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов под крылья». Наш дорогой Бен теперь под этими крыльями. Он больше не борется с земной болью, его острый ум и нежное сердце нашли свой вечный покой в доме Отца. Он смотрит на вас с небес с той же лаской и ждет вас там, где слезы будут оттерты навсегда.

Когда вы выйдете сегодня из этого храма, несите в своих сердцах не тяжесть утраты, а тихий свет его памяти. Сделайте одно простое дело любви — обнимите друг друга, отпустите хотя бы капельку своей тревоги и доверьтесь Тому, Кто держит каждую нашу слезу в Своих руках. Пусть эта надежда будет сильнее любого горя. Идите с миром. Вы любимы, вы хранимы, вы не одни. Аминь.